Скрывающийся в Снах

Как я пришел к выводу, что к безумию моих пациентов были причастны внешние силы? Как и любая другая научная теория, это заключение основывалось на долгих часах исследований и экспериментов. После прохождения с пациентом множества тестов, после пробных и традиционных медицинских процедур, которые относились к новой науке, которую я назвал “психологией”, мне так и не удалось обнаружить внутренних причин, и потому, я должен был задуматься о внешнем воздействии. Лучшие доказательства этого скрывались в бессвязных рассказах этих пациентов.

Первым доказательством стали кошмары. Все пациенты, которых я позже определил, как потревоженных, страдали от ярких, выразительных снов, и воистину пугающих кошмаров. В большинстве случае, сны повторялись вновь и вновь. Иногда, они даже повторялись с точностью до малейшей детали каждую ночь, тогда как в других случаях, в повторяющиеся сцены вписывались определенные изменения. Эти пациенты всегда запоминали свои сны и кошмары, и могли описать их настолько детально, что казалось, будто они действительно находились внутри их сновидений. С течением времени, сны становились реальностью этих несчастных, и с начал подозревать, что они действительно были реальными.

Вторым доказательством отклонения в этих кошмарах. С помощью этих отклонений я смог выделить во снах каждого из потревоженных пациентов один противоречивый аккорд. Я не хочу говорить о том, что эти отклонения появляются, время от времени. Они всегда присутствуют в каждом сновидении или кошмаре, описанном мне каждым пациентом, который относился к категории потревоженных. Этим отклонением была та часть сна или кошмара, которая не соответствовала всему сновидению и не могла быть связана с какими-либо впечатлениями – реальными или воображаемыми – пережитыми этим пациентом. И каждое отклонение принимало определенный облик, облик некоего зловещего создания.

Когда пациенты были помещены в соседние палаты или в палаты на противоположных концах здания, то все они описывали существ, которые проникали в их сны, хотя, казалось, не были их частью. Они не были обычными образами, созданными на основе подсознательного беспокойства, которое сопровождает наши кошмары. Это были чуждые образы, которые не были связаны со сновидениями этих несчастных. Но мое исследование открыло еще более поразительные факты. Когда я попросил этих пациентов описать тех, кто проникал в их сны, передо мной возникли образы шести существ. Независимо от того, скольких пациентов я опросил, ничего не изменилось. Один из этой шестерки проникал в их сны и мучил их так, что они начинали панически бояться ночи и снов, которые она неотвратимо приносила с собой.

Я назвал этих существ Судом Кошмаров, так как, несмотря на то, что они никогда не появлялись в одном сновидении вместе (или, возможно, пациент, мучаемый одним, просто никогда не видел других), они, казалось, были связаны одной природой и происходили из одного места. Но кто же эти шесть жестоких созданий, которые преследуют несчастные души и наслаждаются причиняемыми им мучениями? Я еще не уверен, но у меня уже есть догадки. Я поделюсь ими с вами в этом журнале позже. Сначала, мне нужно раскрыть еще несколько тем.

Встреча с Судом Кошмаров

Я все еще находился в середине моих исследований и экспериментов, когда Суд Кошмаров вторгся в мои сны. Возможно, я слишком близко подошел к истине, и порождения снов решили остановить меня. Или же мой интерес к ним привлек их ко мне. Независимо от первоначальной причины, все началось с события в бодрствующем мире, которое подтолкнуло меня в их цепкие когти.

В то время, одним из моих самых способных помощников была молодая женщина, которую звали Мандалайн. Она была чудесной и полной сострадания личностью, и очень хорошим другом. Её медицинские умения дополнялись любовью и заботой, с которыми она относилась к тем несчастным, которые оказывались у неё на попечении. Она работала со мной уже три года, когда произошла трагедия. Она появилась в образе одного из самых очаровательных, но и беспокойных моих пациентов – старого человека, которого звали Керст.

Я узнал очень много из разговоров с Керстом, но так и не смог излечить его от ночных кошмаров. Он рассказал мне еще кое-что, хотя эти знания попали ко мне слишком поздно, чтобы спасти бедную Мандалайн. Он рассказал мне, что существа, скрывающиеся во снах, могут воздействовать на события, происходящие в бодрствующем мире.

Керст встал после одного из своих кошмаров (хотя мне сложно сказать, проснулся ли он) и каким-то образом покинул свою палату. Подгоняемый одним из порождений снов, Керст дошел до моего офиса и вытащил набор скальпелей из моей аптечки. Он взял эти лезвия – такие полезные в моих руках, и такие смертельные в его – и начал ходить по коридорам клиники до тех пор, пока он не встретил несчастную Мандалайн. После этого, он использовал каждое из лезвий, сокращая её жизнь с каждым яростным ударом. Я нашел их обоих во время ночного обхода. Керст рыдал и кричал от ужаса, так как только сейчас он проснулся после очередного кошмара. А Мандалайн, бедная Мандалайн лежала на полу, из её тела выступало 10 серебряных рукоятей, а разорванный белый халат был залит кровью, алая лужа которой расплывалась вокруг неё.

Мои кошмары начались со следующего вечера. Сначала, образы были довольно просты. Я слышал, как Мандалайн зовет меня откуда-то из темных залов Клиники для Помешанных. Я пытался найти её, но не мог отыскать её во тьме. Я проснулся в поту, встревоженный этим сном, но был уверен, что это всего лишь последствие недавних трагических событий. Тем не менее, вместо того, чтобы успокоиться, мои сны только ухудшились с течение времени.

Вскоре, я уже не мог выносить призывы о помощи, на которые я не мог ответить, и обвинения в том, что я оставил её умирать, которые произносил её голос во тьме клиники. А потом, в течение каждой ночи, темнота начала понемногу рассеиваться, и Мандалайн сама пришла в мои сны. Они выглядела так же, как и тогда, когда я нашел её – белая, изорванная форма, пропитанная кровью, и глаза, напоминающие черные дыры. Но что еще хуже, её руки заканчивались уже тонкими, аккуратными пальцами, которые раздавали больным лекарства, а 10 заостренными скальпелями, которые позвякивали на кончиках её рук. В течение многих ночей, я просыпался, когда она медленно приближалась ко мне. Потом, мои сны обрывались после того, как она прикасалась ко мне своими изменившимися руками. А потом, мне было все сложнее и сложнее проснуться, независимо от того, как долго она ласкала меня своими холодными, острыми лезвиями.

Я верил, что скоро я впаду в кому, и никогда уже не проснусь, если эти ночные видения будут продолжаться. К счастью, в последнюю ночь, когда призрак Мандалайн пришел в мои сны, я заметил странное отклонение, которое было таким же пугающим, как и интригующим. У самого границы моего зрения, стояло существо в разорванной мантии. Капюшон скрывал его черты, хотя я видел пряди белых волос, виднеющихся из-под темного покрова. Это существо с наслаждением наблюдало за событиями, происходящими в моем кошмаре, и я, в свою очередь, наблюдал за ним. Я игнорировал укусы заостренных пальцев, сосредоточив все свое внимание на этом странном существе. Его руки были искривленными, напоминающими руки скелета, и они поднимались и опускались в соответствии с ритмом ударов Мандалайн. Я также заметил, что по краям его одеяния двигалось что-то. Это были какие-то пауки, которые ползали по его лохмотьям, и даже заползали под его капюшон, не доставляя никакого беспокойства существу. Я дал этому порождению снов имя, я верю, что это положило для меня конец моих кошмаров, в которых принимала участие Мандалайн.

Я назвал его Человеком Кошмаров.

Вне Залов Безумия

В ранний период существования моей клиники, до того, как моя работа стала настолько угрожающей, что обитатели сновидений начали мешать мне, я иногда путешествовал в отдаленные места, для того, чтобы помочь тем несчастным, которые страдали от умственных заболеваний. Практически сражу после столкновения с Человеком Кошмаров, меня попросили навестить охотника, который жил в Лесу Шиповника (Briarweed Forest). Проблема была в том, что охотника и его семью преследовали ужасные сны. Самая большая странность была в том, что все они видели одни и те же страшные сны.

Как и в моем случае, сны начались после произошедшей трагедии. Эта трагедия состояла в смерти жены охотника. Понаблюдав и опросив членов семьи, я узнал, что охотник и четверо его детей (возраст которых варьировался от 3 до 14) видели одни и те же кошмары в течение каждой новой ночи. Позвольте мне подчеркнуть это – они видели один и тот же кошмар одновременно, присутствовали в нем и могли общаться друг с другом. Я посчитал это интригующим, так как охотник и его дети спали в отдельных комнатах, и, казалось, не могли общаться и взаимодействовать между собой. Мне необходимо было лично понаблюдать за их поведением во сне, и я предложил им заняться обычными вечерними занятиями, тогда как я буду молча наблюдать за ними.

В течение первых четырех часов после того, как члены семьи разошлись по отдельным комнатам, я наблюдал за тем, как они пытались заснуть. После того, как сон наконец-то окутал их, я был вынужден слушать громкий и неприятный храп охотника, который разительно отличался от нежного дыхания детей. На исходе пятого часа, я уже был уверен в том, что этой ночью не произойдет ничего странного. Я уже задремал на стуле, когда внезапно заметил изменения, произошедшие в доме. Храп охотника прекратился. Я заглянул в его комнату. Охотник все еще лежал в кровати, его глаза были закрыты, а дыхание было спокойным и непрерывным. Казалось, будто он просто спит, но внезапно я услышал его шепот: “Ты видишь его, Каша, стоящего за маминым стулом?”

Шепот был таким тихим, что я с трудом уловил его. Охотник произнес имя своей старшей дочери, как будто бы он говорил с ней во сне. Я быстро прошел в комнату его дочери, чтобы посмотреть, что происходит там. Каша также спала, разговаривая шепотом так же, как и её отец. “Папа, ” произнесла она спокойно, хотя я чувствовал в её голосе страх, “это мама? Нет, папа, это не она! Посмотри на пауков!”

Моя кровь заледенела, и холод пробежал у меня по спине, когда я услышал слова девочки. Они действительно говорили друг с другом, находясь в одном и том же сне. Но более того, упоминание о пауках напомнило мне мою первую встречу с Человеком Кошмаров, которая сразу же предстала перед моими глазами. “Почему на нем капюшон, папа?” внезапно захныкала младшая дочь, Карина, “Чего хочет этот человек-паук?”

Как это может быть, возможно, подумал я? Как эта семья может видеть один и тот же сон и преследоваться тем же самым порождением снов, которое вторгалось в мои сновидения? Единственное, что я мог предположить, было то, что скрывающиеся во снах обитали в реальности, которая находилась вдали от разумов спящих. Эти существа могли переходить из сновидения в сновидение, обитая в пространствах сна, и выживая благодаря мучениям и кошмарам, которые они вызывали. Это заключение было неправильным, или вернее не совсем правильным, хотя тогда я еще не понимал этого. И только позже, проведя множество исследований, я узнал истину.

Члены Суда Кошмаров не входят в наши сны, или, по крайней мере, не находятся там в течение какого-либо времени. Вместо этого, они заманивают наши спящие разумы в королевство темнейших теней, где самые безумные иллюзии становятся реальностью, тогда как наши тела обливаются потом и переворачиваются в постелях.

Тайна Раскрыта

Перед тем, как вы прочитаете остаток моего журнала, я должен предупредить вас о том, что члены Суда Кошмаров не забывают и не прощают ничего. Если они узнают, что вы раскрыли их тайну или что вы собираетесь вмешаться в их ночные занятия, то ваше здравомыслие – а возможно и вся ваша жизнь – окажутся под угрозой. Пусть ваши шаги будут легки, и не забредайте за Вуаль Снов, в этот домен теней, если вашу волю нельзя назвать сильной или непоколебимой. Но если вы потеряете рассудок, то не бойтесь. В моей клинике всегда найдется комната для тех, кого преследуют темные сны.

Начавшись с тех робких гипотез и заключений, которые я разделил с вами выше, мое исследование привело меня к следующему выводу – сны и кошмары имеют собственные реальности, хотя часть сновидений более реальна, чем остальные. Кроме того, существует нечто, что обитает в этих реальностях, существа, чье существование стало основанием для множества мифов и легенд прошлого. Из всех этих существ, я должен предупредить вас о коварной группе, которую я назвал Судом Кошмаров. Члены Суда обладают возможностью погружать спящего в их собственные сны и в сновидения, созданные ими самими, которые подчиняются им же. Более того, члены Суда Кошмаров обитают в материальной реальности, которая находится в материальном домене, в который можно попасть так же, как вы или я может попасть в Баровию или Тепест. Где находится этот домен? Он очень близко, сразу же за туманной границей, в забытом месте, которое называется Земли Кошмаров.

Вы должны прочитать эти слова правильно. Вы можете попасть в этот домен не только физически, но и пройдя через сны или кошмары. Многие пациенты моей клиники являются невольными посетителями Земель Кошмаров, их разумы неохотно погружаются туда всякий раз, когда они засыпают. Оказавшись там, они служат для развлечения и снабжения Суда Кошмаров. Молитесь, чтобы вам никогда не пришлось совершить подобное путешествие.

Тот, кто знаком с работами моего доброго друга Доктора Рудольфа ван Рихтена, может задать достаточно уместный вопрос, который касается раскрытой мною тайны. Разве это не нарушает это тезис ван Рихтена о том, что силы зла не могут действовать на расстоянии? Я не собираюсь обсуждать здесь гипотезы ван Рихтена, и хочу только поделиться с вами своим собственным заключением: Суд Кошмаров может покидать пределы Земель Кошмаров, чтобы захватывать спящие разумы и уводить их в тени своего мрачного домена. Расстояние не является преградой для ужасного зла Земель Кошмаров.

Оглавление

Страницу назад Страницу вперед